КОРИСНИЙ ДОСВІД НАШИХ СУСІДІВ У СТАНОВЛЕННІ СУЧАСНОГО МИСЛИВСЬКОГО ГОСПОДАРСТВА

Наш хороший друг і колега Павло Гештовт – відомий білоруський вчений-мисливствознавець, поділився думками про злети та падіння у розбудові мисливської галузі своєї держави з побажаннями для українців повчитися на помилках і досягненнях найближчих сусідів.


В БЕЛАРУСИ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ДЕСЯТИЛЕТИЯ В ОБЛАСТИ ОХОТЫ БЫЛО СДЕЛАНО КАК МНОГО ПОЛЕЗНОГО И НУЖНОГО, ТАК И НЕМАЛО ПУСТОГО И ДАЖЕ ВРЕДНОГО.

В этой статье я хочу не только поделиться белорусским опытом, но и предостеречь от различных ошибок и неверных шагов. Необходимо понимать, что в одной небольшой публикации невозможно привести все необходимые аргументы, факты и примеры. По каждому из приведённых ниже пунктов, безусловно, можно написать отдельную статью, однако здесь я преследовал цель показать всю систему и её недостатки целиком.

Хронологию становления охотничьего хозяйства в современной Беларуси можно разделить на два больших этапа: «этап девяностых» и «этап создания эффективной отрасли экономики страны».

Этап девяностых (1991–2005 г.)

В этот период отсутствовала какая-либо чётко сформулированная цель в области охоты. Общий подход был примерно таким: «Охотьтесь, сильно не шалите, а у государства пока есть более важные проблемы». Уровень ведения охотничьих хозяйств определялся исключительно личностями на местах. Эффективность охраны угодий зависела напрямую от фанатизма егерей и охотоведов. В целом законопослушность и дисциплина охотников были крайне низкими, как и уровень неотвратимости ответственности за браконьерство. Степень соблюдения егерями и охотоведами требований законодательства зависела куда больше от их моральных качеств, чем от страха быть привлечёнными к ответственности. В своей деятельности сотрудники охотничьих хозяйств руководствовались в основном только одним небольшим, чётким документом – «Положением об охоте и ведении охотничьего хозяйства». Проверки хозяйств были редки и носили, как правило, поверхностный характер.

Этап девяностых характеризуется стремительным ростом иностранного охотничьего туризма. В первую очередь это было обусловлено финансовой заинтересованностью охопользователей. Ведь очень часто чаевые, оставленные иностранным охотником, могли перекрыть полугодовую официальную зарплату егеря, а несколько удачно проведённых «иностранных» туров могли легко обеспечить существование целого охотничьего хозяйства на протяжении года. И дело было не в больших вырученных суммах, а в низких зарплатах и низкой себестоимости содержания охотничьих хозяйств.

Этап создания эффективной отрасли

На фоне бурного развития иностранного охотничьего туризма в Беларуси сформировалось чёткое мнение, что охота – это высокодоходно и перспективно. Поэтому в 2005 году была поставлена задача существенно повысить доходы от охотхозяйственной деятельности. Далее произошли изменения, которые и определили направление развития охотничьего хозяйства на последующие годы. Во многом благодаря именно им охотничье хозяйство Беларуси имеет нынешний вид, а также современные достижения и недостатки.

Основными особенностями охотничьего хозяйства стали:

  • запутанная система его государственного управления;
  • забюрократизированность;
  • применение устаревших и неэффективных методов управления популяциями животных;
  • суровость законодательства и контролирующих органов как к браконьерам, так и к охотпользователям;
  • отстранение обычных охотников от охотхозяйственной деятельности и превращение их в простых клиентов охотничьих хозяйств.

И здесь на каждом из перечисленных пунктов необходимо остановиться более подробно.

Запутанная система управления охотничьим хозяйством

В Беларуси государственное управление охотничьим хозяйством осуществляет Министерство лесного хозяйства. Однако все нормативно-правовые акты оно должно в обязательном порядке согласовывать ещё с двумя природоохранными органами. Они, в свою очередь, преследует собственные цели и поэтому пытаются внести в законодательные акты изменения с учётом своих интересов и взглядов. Как результат всё это ведёт к несвоевременности принятия решений и порождению сложных, нежизнеспособных документов. Кроме того, при таком положении дел отсутствует чёткая ответственность за неверные или несвоевременно принятые решения, т. к. каждое из ведомств при получении отрицательного результата начинает винить во всём своих оппонентов и найти виновных и привлечь их к ответственности становится практически невозможно. Получается «у семи нянек дитя без глаза».

Следующая проблема – это чрезмерная забюрократизированность. На данный момент существует как минимум 31 нормативный правовой акт, регулирующий исключительно вопросы ведения охотничьего хозяйства и охоты. Все они в обязательном порядке должны соблюдаться охотпользователями. За их невыполнение предусмотрены достаточно внушительные суммы штрафов, а также привлечение к административной или даже уголовной ответственности. Безусловно, в современном мире без чётких правил и здоровой «бюрократии» обойтись невозможно, будет хаос и беспорядок. Однако инструкции при этом должны быть понятны, недвусмысленны и просты в использовании. Основная проблема нормативных документов в области охоты даже не в их количестве, а в их непостоянстве. За последние годы многие из инструкций канули в Лету за ненадобностью, остальные постоянно изменяются, кроме того, у чиновников есть постоянное желание добавить что-то новое.

Результатом чрезмерной забюрократизированности, непостоянства и сложности нормативной правовой базы стало:

  • огромное количество перегибов со стороны контролирующих органов;
  • постоянное чувство неуверенности и незащищённости у охотпользователей;
  • самоустранение охотников от охотхозяйственной деятельности: они предпочитают быть просто клиентами охотничьих хозяйств.

Применение устаревших и неэффективных методов управления популяциями охотничьих видов

Создание «эффективной отрасли» предусматривало чёткое планирование и контроль, поэтому подходы советского охотоведения, основанные на учётах, оптимальных численностях и проектах охотоустройства, пришлись как никогда к месту. В 2011 году одновременно было введено 10 чётких инструкций по проведению различных видов учётов. Всего они состояли из 605 пунктов общим объёмом около 23 тыс. слов и 48 обязательных приложений, при этом их выполнение было строго обязательным для всех охотпользователей.

Второй отличительной чертой управления популяциями стало установление «оптимальных численностей» в границах административных районов. Для описания абсурдности ситуации я приведу пример: один из моих бывших студентов во время работы охотоведом был привлечён к административной ответственности за то, что учётная численность лося на 30 особей превышала «оптимальную» численность, определённую охотоустройством, – была 110, а должна была быть 80. При этом популяция не находилась в угнетённом состоянии, а повреждаемость лесных насаждений не вызывала беспокойства у лесоводов.

Со временем стало ясно, что даже чётко прописанные методики по учётам на практике не работают, и государственные органы, осознав свою ошибку, начали пытаться исправлять ситуацию. Сначала инструкции существенно упростили, а сейчас представители различных государственных ведомств всё чаще и чаще высказываются за их полную отмену. Та же участь со временем постигла и «оптимальные численности», и сейчас вовсю идёт речь об их упразднении. Ситуация с учётами и «оптимальными численностями» хорошо демонстрирует недостатки сложной и запутанной системы государственного управления: сейчас найти ответственных за неверные решения невозможно, все кивают друг на друга, а как минимум десять лет развития уже потеряно.

В завершение этой темы всем желающим всё учесть и проконтролировать я скажу следующее: в мире не существует методик, способных посчитать фактическую численность диких животных, как и не существует методик, способных определить «оптимальную численность». И это не только моё мнение, а и мнение ведущих мировых специалистов и учёных. Какой выход из сложившейся ситуации? Постепенно начать переход к современным принципам адаптивного управления популяциями охотничьих видов. (Более подробно этот вопрос рассмотрен в статье «Адаптивное управление – дорога в будущее охотничьего хозяйства», опубликованной в № 9–10 от 2018 г. «Русского охотничьего журнала».)

Борьба с браконьерством и нарушениями в области ведения охотничьего хозяйства

Современный этап характеризуется суровостью законодательства и контролирующих органов как к браконьерам, так и к охотпользователям. В начале двухтысячных в Беларуси была существенно ужесточена ответственность за незаконную охоту (табл. 1), а также создана Государственная инспекция охраны животного и растительного мира. Сейчас данная структура подчинена Совету безопасности, имеет достаточно широкие права, хорошее оснащение и вооружение. В целом создание инспекции было очень важным, своевременным и правильным решением, единственное, со временем её деятельность, на мой взгляд, начала развиваться не в нужном направлении, так как изначально были неверно расставлены приоритеты.

Вид животного

1997 г.

2018 г.

Зубр

116,7

311,1

Лось

62,2

233,3

Олень

62,2

233,3

Косуля

23,3

93,3

Кабан

23,3

93,3

Табл. 1. Размер такс для возмещения вреда, причинённого в результате незаконной охоты (приведено к эквивалентному размеру в тыс. росс. руб.)

В конце девяностых и начале двухтысячных законопослушность многих охотников и охотпользователей была просто неприемлемой. Многие недобросовестные арендаторы угодий позволяли себе постоянно выходить за рамки законодательства и, как говорится, на «одну лицензию добывать пять животных». Простые охотники также дополняли общую картину и при любом удобном случае пытались «украсть» зверя. В 2003 году была создана инспекция, в этот момент я как раз работал в одном из лесоохотничьих хозяйств Беларуси. Мне удалось сразу найти общий язык с её региональным подразделением, и последующие годы стали для нас крайне продуктивными. В совместных рейдах, используя, с одной стороны, мою оперативную информацию и знание территории, с другой стороны – полномочия и оснащённость структуры, подчинённой Совету безопасности, мы изымали огромное количество ружей и привлекали нарушителей как к административной, так и к уголовной ответственности. Благодаря созданию инспекции изменилась ситуация и в целом по стране: теперь ни чиновники высокого ранга, ни егеря не могли позволить себе пренебрежительно относиться к закону. Риск стал очень велик, так как большое количество свидетелей и мобильная связь делали работу инспекции очень оперативной и продуктивной.

К большому сожалению, не обошлось в работе инспекции и без перегибов. На мой взгляд, основная проблема здесь заключалась в нечёткости нормативных правовых актов и неадекватности степени наказания за совершённые правонарушения. Практически был поставлен знак равенства между браконьером, нарушившим все мыслимые и немыслимые требования правил охоты, и охотоведом, который провёл охоту в установленные законодательством сроки, закрыл разовое удостоверение, уплатил деньги в кассу, но при этом допустил какую-либо незначительную оплошность при закрытии разрешения.

Несмотря на жёсткую работу инспекции, полностью искоренить браконьерство так и не удалось. До сих пор Беларусь по количеству официально добываемых животных с единицы площади существенно уступает своим ближайшим соседям, имеющим практически идентичные природные условия (рис. 1). Очевидно, что сил только одной инспекции явно недостаточно. Ведь одно дело – проверить официальную группу охотников на коллективной охоте с большим количеством людей, машин, выстрелов, другое – привлечь к ответственности матёрого браконьера-одиночку в малонаселённой сельской местности. Поэтому очень важно иметь тесное сотрудничество – симбиоз между добросовестными арендаторами охотничьих угодий и государственными контролирующими органами. Уверен, что при таком взаимодействии эффективность охранных мероприятий возрастает не в разы, а в десятки раз.

Рис. 1. Размер изъятия копытных с одной тысячи гектаров в 2017 г.

В целом итог жёсткой борьбы с браконьерством и суровости законодательства в области охоты получился неоднозначным. С одной стороны, общая ситуация с соблюдением правил охоты стала существенно лучше, с другой – из-за явных перегибов, а также отсутствия чётких, здравых правил взаимоотношений между охотпользователями и государством, ухудшился общий климат ведения охотничьего хозяйства, что привело к:

  • низкой интенсивности использования охотничьих угодий (общее количество охотпользователей по стране не растёт, а некоторые арендаторы, из-за большой площади угодий, не в состоянии обеспечить их эффективное использование и надлежащий контроль);
  • отсутствию вклада охотников в развитие охотничьего хозяйства: они предпочитают быть просто клиентами.

Отстранение охотников от охотхозяйственной деятельности

Процесс отстранения обычных охотников от охотхозяйственной деятельности был начат в период активного развития иностранного охотничьего туризма. Тогда все угодья условно подразделились на два типа: «закрытые», где проводились коммерческие охоты, и угодья, на которые просто не хватало сил и времени. Именно последние и были превращены в «зоны на мелкую дичь», где охотники могли охотиться без егеря и были предоставлены сами себе. Биотехнические мероприятия, охрану угодий стали выполнять преимущественно штатные сотрудники хозяйств, а первичные коллективы превратились в полностью формальные объединения. Безусловно, в целом историческое наследие играло не на руку равноправию и заинтересованности охотников, однако даже в советские времена на территории БССР уже были удачные примеры работы коллективов охотников.

Сейчас в Беларуси подавляющие большинство охотников является просто клиентами в охотничьих хозяйствах, а клиенту, как известно, всегда хочется одного: подешевле, а лучше бесплатно. Очень часто весь «энтузиазм» охотника при таком положении дел идёт не на сохранение и размножение дичи, а на то, как обхитрить егеря, инспектора, закон. Когда же охотник активно вовлечён в процесс охраны и использования дичи, то дичь становится уже не государственной, а его. А у себя воровать не будешь. Кроме того, надо понимать, что каждый увлечённый и управляемый охотник несёт в себе определённый потенциал для развития охотничьего хозяйства. И этот потенциал можно измерять не только с финансовой стороны, но и со стороны человеческой энергии и заинтересованности. Для того чтобы внести существенный вклад в развитие охотничьего хозяйства, не обязательно быть финансово обеспеченным человекам, так как ещё неизвестно, кто больше может сделать для развития конкретного небольшого клочка угодий – состоятельный городской охотник, наскоками приезжающий поохотиться, или местный житель, постоянно живущий рядом.

Сейчас идёт речь о восстановлении в системе Белорусского общества охотников и рыболовов первичных коллективов и придании им определённых привилегий взамен на активное участие в биотехнических и охранных мероприятиях. Но я к этой идее отношусь достаточно скептически и считаю её неэффективной полумерой. На мой взгляд, необходимо создавать условия для появления в Беларуси нового вида охотпользователя – независимого коллектива охотников в виде самостоятельного, некоммерческого юридического лица с обособленным балансом, работающего напрямую с государством по чётко установленным правилам.

Достигнутые результаты

Анализируя данные официальной статистики, можно увидеть, что численность и изъятие основных охотничьих видов растут. Безусловно, это очень радует, однако чётко виден яркий дисбаланс между ростом численности и ростом изъятия, а это не может не вызывать определённых вопросов (рис. 2). Кроме того, если сравнить размер добычи копытных с единицы площади в Беларуси и у её ближайших соседей, имеющих практически идентичные природные условия, то можно увидеть, что он существенно меньше (рис. 1).

Рис. 2. Численность и размер изъятия копытных в Беларуси

Очень показательна ситуация с численностью и размером добычи дикого кабана (рис. 3). Она говорит нам о том, насколько мы на самом деле мало знаем о популяциях, несмотря на наличие большого количества методик учёта и жёсткой системы контроля над их выполнением. В 2013 году в Беларуси из-за угрозы распространения африканской чумы свиней было принято решение произвести полную депопуляцию дикого кабана, этот процесс жёстко контролировался государством. Ситуация интересна тем, что, начиная уже с 2014 года, размер добычи кабана в несколько раз стал превышать его численность. Можно найти много причин происходящему, но здесь самое важное – чётко осознать тот факт, что мы на самом деле не знаем ни численности наших популяций, ни размера их реального изъятия.

Рис. 3. Численность и размер ежегодного изъятия дикого кабана

В продолжение этой темы будет очень полезно увидеть информацию о количестве выявленных случаев гибели животных от браконьерства. Как видно из рис. 4, это количество незначительно и с каждым годом уменьшается. Это очень хорошая тенденция, но тогда возникает вопрос: а куда девается нормальный ежегодный прирост популяций? Почему на протяжении последних лет он всё равно остаётся таким незначительным? Неужели на популяции оказывают такое влияние хищники или суровые зимние условия? Уверен, что нет, на мой взгляд, причина заключается опять в том, что мы не знаем ни фактической численности наших популяций, ни количества ежегодно добываемых животных, в т. ч. и в результате незаконной охоты.

Рис. 4. Количество выявленных и официально зарегистрированных случаев гибели животных от браконьерства

Анализируя данные по количеству граждан Беларуси, имеющих государственное удостоверение на право охоты, можно сказать, что их количество растёт (рис. 5). Но если проанализировать, сколько охотников уплачивают обязательный ежегодный сбор за право охоты, мы увидим, что количество активных охотников ежегодно падает, и при этом оно в 2,5 раза меньше количества граждан с государственным удостоверением на право охоты. А ведь именно активные охотники задают тон в охотничьем хозяйстве. Именно они, приобретая охотничьи товары, оружие, технику и разрешения на охоту, генерируют общий экономический эффект, создаваемый охотой.

Рис. 5. Соотношение количества официальных и активных охотников

Выводы и рекомендации

Статья наглядно показывает, насколько важно в самом начале пути безошибочно определить цель и правильно расставить приоритеты. На мой взгляд, сейчас для условий Беларуси главной целью должно являться повышение интенсивности ведения охотничьего хозяйства и увеличение общего экономического эффекта, генерируемого охотой.

Добиться этого можно за счёт:

  • уменьшения площадей угодий, закреплённых за отдельными охотпользователями;
  • увеличения количества охотпользователей и объёма привлекаемых в охотничье хозяйство средств;
  • создания благоприятных условий для ведения охотничьего хозяйства;
  • повышения заинтересованности охотников в рациональном использовании ресурсов.

Опыт Беларуси также показывает, что для формирования эффективного охотничьего хозяйства необходимо одновременно развиваться по различным направлениям, избегая всевозможных крайностей и перегибов. Охотничье хозяйство – это сложная система, состоящая из множества компонентов, и в ней очень важно поддерживать общий баланс. Допустим, если зациклиться только на дисциплине, то можно потерять мотивацию и заинтересованность охотников. Если попытаться всё зафиксировать в огромном множестве часто меняющихся, размытых инструкций, то пропадёт чёткость и ясность взаимоотношений между государством и охотпользователем, а это, в свою очередь, оттолкнёт потенциальных арендаторов от вкладывания средств и сил в конкретные участки угодий. Если предоставить чересчур много свобод, снизить ответственность и пойти по пути «сами разберутся, главное, не мешать» – получим неразбериху, хаос и бесконтрольное браконьерство. И т. д., примеров можно привести огромное количество.

Поэтому для формирования современного и продуктивного охотничьего хозяйства необходимо одновременное присутствие сразу нескольких важных составляющих:

  • наличие эффективной системы государственного управления охотой;
  • поддержание благоприятных условий для ведения охотничьего хозяйства за счёт использования чётких, понятных и разумных правил взаимоотношений между государством и охотпользователями;
  • наличие эффективной системы борьбы с браконьерством;
  • уход от устаревших методов управления популяциями, основанных на учётах и оптимальных численностях, и переход к научно обоснованным современным принципам адаптивного управления;
  • поддержание заинтересованности широких слоёв населения в рациональном использовании ресурсов дичи за счёт распространения современных знаний, вовлечения охотников в охотхозяйственную деятельность, а также получения местным населением прямых экономических выгод.

(джерело: https://huntportal.ru/hunting/ohota-osnovnye-voprosy/oxotniche-xozyajstvo-belarusi)

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *