ИНВЕНТАРИЗАЦИЯ ОХОТНИЧЬЕЙ ФАУНЫ УКРАИНЫ

Современная фауна Украины насчитывает, судя по различным источникам, от 109 (Крыжановский, Емельянов, 1985) до 117 (Загороднюк, 1998) видов млекопитающих и от 367 (Марисова, Талпош, 1984) до 416 видов птиц (Фесенко, Бокотей, 2002). Впрочем, отсутствие четких критериев для причисления отдельных видов к числу объектов охоты, послужило причиной появления несогласованных цифр и абстрактных терминов, как в популярной охотничьей литературе, так и в соответствующей нормативно-правовой документации. К примеру, в ст. 1 Закона Украины «Об охотничьем хозяйстве и охоте» сказано, что охотничьи животные это звери и птицы, которые могут быть объектами охоты. Достаточно зыбко, если учесть что охота собственно и есть …добываниеохотничьих животных (тот же Закон). Обращает на себя внимание словосочетание «могут быть». Что имели ввиду авторы законопроекта – перспективы изменения состава охотничьей фауны, статус отдельных ее видов или, возможно, непостоянство нравов отечественных охотников?

Заметим, что с аналогичной проблемой специалисты уже сталкивались лет 40 тому назад, во времена Советского Союза. По мнению В. Ф. Гаврина (1970), на просторах бывшего СССР обитало 89 видов пушных животных, 22 вида копытных и свыше 165 видов охотничьих птиц. Вместе с тем, А. Г. Банников и С. М. Успенский (1973) полагали, что охотничья териофауна Советского Союза насчитывала около 70 видов (помимо объектов зверобойного промысла), охотничья орнитофауна – около 150 видов. С. П. Наумов (1973) упоминает 150 видов млекопитающих и 150 видов птиц, которые в разное время были объектами охоты, или могли стать ими в недалеком будущем.

Подобные несоответствия стали поводом для ревизии списка охотничьих животных СССР (Дежкин, 1975). Автор указал на изменение статуса многих видов зверей и птиц, которые длительное время считались объектами охоты. Причины он увидел в изменении численности (в большинстве случаев – уменьшении) некоторых видов, а также потере спроса на определенные виды охотничьей продукции. Проведя экономическую оценку охотничьей териофауны, он предложил исключить из состава охотничьих мелкие виды с малоценным мехом – сонь, сусликов, хомяков, крыс и др. (всего 14 видов). В. В. Дежкин придал им статус полуохотничьих видов, учитывая в перспективе возможность увеличения спроса на пушно-меховое сырье. Кроме того, около 30 видов и подвидов млекопитающих оказались на грани исчезновения и, в большинстве случаев, были занесены в Красную книгу СССР, продолжая формально числиться в списке охотничьих. Учитывая критерии численности и спроса, автор предложил отнести к числу собственно охотничьей териофауны только 70 видов млекопитающих и в дальнейшем заносить в этот список лишь тех животных, которые являются объектами охоты в данный момент, или могут стать таковыми в ближайшее время, после возобновления численности и официального снятия запрета на добычу.

Вопросы ревизии охотничьей фауны Украины неоднократно поднимались, как во времена Украинской ССР, так и в постсоветский период. В большинстве случаев, они имели фрагментарный характер, поскольку касались отдельных видов, или локальных территорий. В последние десятилетия на Украине численность многих видов животных, которые ранее были объектами охоты, уменьшилась, что определило внесение их в отечественную Красную книгу и списки Международных природоохранных конвенций (Загороднюк и др. 1999). Вместе с тем, динамика численности барсука приобрела позитивные тенденции, что открыло перспективы его лицензионного использования (Дикий, 2004). А. М. Волох (2004) обращает внимание на то, что в степном регионе Украины обитает несколько видов «охотничьих» млекопитающих, на которых охота не осуществляется вообще, не смотря на значительную численность и широкое распространение. К ним автор относит белку, крота и американскую норку. На наш взгляд, перечень таких видов можно значительно увеличить, и собственно говоря, не только в степном регионе Украины.

Заметим, что сослаться на единый список охотничьих животных Украины мы не сумели, поскольку и в нашем случае, по аналогии с вышеупомянутой ситуацией в СССР 70-х годов, существуют разные мнения ведущих специалистов и различные данные официальных инстанций.

В частности, И. Т. Сокур (1968) упоминал 31 вид млекопитающих, составляющих охотничью териофауну Украины, при том, что 18 из них были настолько малочисленными, что находились под охраной. Более свежие данные В. И. Гулая (1994) указывают на обитание в пределах Украины 128 видов охотничьих животных, из которых – 58 нуждаются в охранных мероприятиях. Вместе с тем, автор отмечает, что основная тяжесть охот ложится на 7 видов птиц и 5 видов зверей. В степной зоне Украины, по мнению А. М. Волоха (2004), обитает 32 вида млекопитающих, которых можно отнести к объектам охоты, впрочем, собственно охотничьими автор считает 22 вида, а 10 имеют статус охраняемых. По мнению В. Д. Бондаренка и соавт. (1993), охотничья териофауна Украины включает 8 видов парнокопытных, а также 6 видов пушных зверей (3 – зайцеобразных и 3 – грызунов). Отдельной категорией авторы выделяют 9 видов хищных. Охотничьи птицы делятся на две большие группы – куриные и водоплавающие.

Наиболее детальное описание охотничьей фауны отражено в работе Н. В. Шадуры и соавт. (1994), где упоминается 45 видов охотничьих птиц и 34 вида охотничьих млекопитающих. Вместе с тем, авторы отмечают, что 15 видов птиц и 12 видов зверей из вышеупомянутых числятся в Красной книге Украины.

Важно отметить общую тенденцию, присущую большинству работ, освещающих охотничью фауну Украины: описывая биоразнообразие отдельного региона, или хозяйственно-экологические особенности определенной фаунистической группы, авторы акцентируют внимание на нескольких (в большинстве случаев, крупных) видах, упоминая остальные лишь в цифровом эквиваленте.

Несоответствие количественной и видовой составляющей охотничьей фауны в литературных источниках наталкивает на мысль о субъективном отношении каждого автора к упомянутой группе, посему более приемлемой будет ссылка на соответствующую государственную нормативно-правовую документацию.

Официальным общепринятым документом, который отражает и регламентирует состояние охотничьего хозяйства в каждой соответствующей организации, является ежегодный статистический отчет – Форма № 2-ТП (охота) (2003). В разд. ІІІ приводятся данные о численности, расселении и добывании охотничьих животных. Даже поверхностный осмотр списка видов провоцирует вопросы правомерности с точки зрения этики, менталитета украинского охотника и просто здравого ума.

Ссылаясь на эти данные, Государственный комитет статистики Украины относит к Государственному охотничьему фонду

9 видов копытных: 19 видов пушных зверей: 12 видов пернатой дичи:
зубр заяц-русак фазан
лось дикий кролик серая куропатка
олень благородный белка перепел
олень пятнистый ондатра глухарь
лань бобер тетерев
косуля байбак рябчик
муфлон лисица гуси
кабан волк утки
кулан енотовидная собака лебеди
норка вольная лысуха
барсук кулики
выдра голуби
куница
хорь черный
кот лесной
рысь
медведь бурый
нутрия
горностай

Длительное время ведомственные данные о состоянии поголовья оленей на Украине собирались совместно по двум видам – пятнистому и благородному, что отображалось в названии «сборного» вида – «олень» (Кващук, Василенко, 2001). Впрочем, в современной интерпретации «Формы № 2-ТП (охота)» оба вида разделены на отдельные систематические единицы, чего, к сожалению, нельзя сказать о каменной и лесной куницах, которые в изложенном документе объединены в один вид – «куница». Возможно, такая небрежность объясняется сложностью идентификации видов в естественных условиях. Впрочем, территория Украины охватывает значительные площади (например, Крым), где существует вероятность встречи только одного из упомянутых видов.

Аналогичные замечания можно озвучить и в отношении систематической идентификации вида «норка вольная», учитывая существование на территории Украины двух видов – адвентивного американского и аборигенного европейского. В Красной книге Украины общая численность последнего оценена в 200-300 ос., чье поголовье сосредоточено в междуречье Днестра и Дуная (Волох, Роженко, 2009). Незначительные ресурсы и охранный статус европейской норки определяют вероятность того, что «норка вольная» является синонимом американского вида.

Вообще, важно указать на значительное количество видов, состоящих в Красных книгах как Украины, так и Международного Союза охраны природы, которые Государственный комитет статистики по неизвестным причинам считает охотничьими. В последнее время актуальным выглядит обоснование изъятия из Красной книги Украины выдры (Волох, 2004), использование ресурсов которой все равно происходит, хотя и на незаконном основании. Гораздо хуже обстоят дела у зубра, который в летописные времена действительно был официальным объектом охоты, о чем свидетельствуют литературные источники и археологические находки (Парфенов, 1941). За последние 20 лет браконьерские охоты (нередко под благим видом селекционного отстрела) сократили поголовье зубра на Украине практически в три раза (Smagol et al., 2010), что впрочем, не дает малейших оснований считать его охотничьим видом в буквальном смысле.

Вместе с тем, охота на рысь, горностая и, тем более, лесного кота на Украине никогда не имела традиционных национальных особенностей, даже если «закрыть глаза» на их нынешний «краснокнижный» статус. Если отсутствие спроса на такие «охотничьи» виды, как рысь и горностай можно объяснить сокращением численности и пушного промысла на Украине, то наличие лесного кота среди охотничьих видов выглядит как нелепая шутка, которая по неизвестным причинам из года в год «кочует» из одного типового бланка статистической отчетности в другой.

Присутствие туркменского кулана в списке охотничьих видов вызывает не удивление, а собственно, возмущение непрофессионализмом авторов Формы № 2-ТП (охота). Численность кулана, который занесен во все известные Красные книги и природоохранные списки, составляет на Украине около 180 особей (Ясинецкая, Жарких, 2003). Практически все поголовье сосредоточено в пределах Биосферного заповедника «Аскания-Нова» и Азово-Сивашского национального природного парка, которые являются объектами Государственного природно-заповедного фонда Украины, а также в ряде зоопарков. Возникает вопрос, каким же образом может происходить охота на охраняемый вид, который к тому же содержится если не на заповедных территориях, то в условиях неволи? Пользуясь логикой авторов, с таким же успехом к охотничьим видам Украины можно было бы отнести и лошадь Пржевальского, популяция которой на Украине аналогична по показателям содержания и охраны; или, скажем, американского бизона, или, опять же, кого-нибудь из африканских антилоп.

Следующий анализ списка охотничьих видов по Форме № 2-ТП (охота) вызывает не меньше вопросов и по поводу так называемой группы пушных зверей. Снижение интереса украинских охотников к животным этой группы В.Ю. Вовченко (2006) объясняет отсутствием Государственного стандарта на пушное сырье. На наш взгляд, потребность украинского потребителя в пушной продукции обеспечивается преимущественно за счет клеточного звероводства, которым занимаются несколько больших государственных ферм и значительное количество частных предпринимателей. Охота на диких пушных зверей (ондатру, американскую норку, куниц, а в ряде случаев и «краснокнижную» выдру) осуществляется в относительно небольшом количестве, как правило, для собственной надобности и, в большинстве случаев, браконьерскими методами. Добывание же бобра, барсука и сурка подразумевает, в первую очередь, получение лечебного сырья (струя, жир), но не пушнины. Требование на лицензионное добывание большинства пушных зверей так и остаются словами на бумаге, хотя в «Законе Украины об охотничьем хозяйстве и охоте» (Ст. 17) их добывание приравнивается к охоте на копытных.

В связи с ухудшением эпидемиологической ситуации, охота на представителей семейства псовых, в последнее время потеряла всякий спрос. Особенно остро это наблюдается в отношении лисицы, популяция которой является основным природным резервуаром бешенства (Божко и др., 1981). Что касается волка, то кроме вредного хищника, он приобрел статус трофейного (но ни в коем случае, не пушного) объекта охоты (Волох, 2004). По причине возрастания интереса иностранных туристов к охоте на волка, Государственный комитет лесного хозяйства Украины установил цену на череп и шкуру хищника в размере 600-700 EUR (приказ № 26 от 28.02.2002 г.).

Сначала сокращение, а затем и полное исчезновение государственных пунктов приема пушной продукции от населения (что осуществлялось в обязательном порядке (Зайчук и др., 1996) привело к нивелированию самого понятия промысловая охота, а группа охотничье-промысловых животных на Украине трансформировалась в собственно «охотничьих». Именно отсутствие промысла привело к тому, что такой традиционно охотничий в ближнем зарубежье вид, как белка, на Украине потерял всякий интерес, как объект охоты. В свое время, когда требования ведения охотничьего хозяйства в большой степени были общими для огромных просторов СССР, белку на Украине не только добывали, но и проводили акклиматизационные мероприятия с целью повышения качества ее меха (Костин, Ткаченко, 1963). В то же время на Украине проводились промысловые заготовки меха крота (Голов, 1971), который до сих пор остается охотничьим видом в Российской Федерации (Бедель и др., 2002). Ни у кого из украинских охотников не вызвал удивления факт исчезновения крота из перечня объектов охоты. Более правильно будет сказать, что сего факта никто даже не заметил. Вполне резонно напрашивается вывод о том, что крот на Украине никогда не был традиционно национальным объектом охоты, впрочем как и белка, присутствие которой в нормативно-правовой охотничьей документации просматривается как отражение охотничьих канонов Советского Союза.

В данном случае, уместно будет вспомнить перечень охотничьих видов птиц Западной Европы, который у охотников не только Украины, но и всей Европейской части бывшего СССР вряд ли вызовет интерес, по крайней мере, в обозримом будущем. В частности, во Франции, Италии, Бельгии, Греции ежегодно отстреливаются миллионы воробьиных птиц (соловьев, зарянок, зябликов, ласточек и др.) (Дежкин, 1983). В Дании к числу охотничьих видов относят чаек, поганок и гагар, во Франции – грача и полевого жаворонка, в Чехии – сойку. Таким образом, если говорить о перечне охотничьих видов того или иного государства, необходимо также учитывать сугубо национальные нравы и потребности, которые, к слову сказать, на протяжении исторического периода могут изменяться весьма радикально. Из летописи Нестора становится очевидным, что славяне в IX веке «…ядуще мерьтвечину и всю нечистоту, хомяки и сусолы», употребляли в пищу такие виды животных, которые позже полностью утратили свое пищевое значение. Вероятно, в этом отношении не последнюю роль сыграло принятие на Руси монотеизма (Ветхий завет). Не лишним будет вспомнить и веяния моды в тот или иной период истории: в недалеком прошлом гастрономические вкусы англичан практически извели у себя на родине обыкновенного ежа (Кучеренко, 2007).

Изменение религиозных воззрений, социально-экономического строя, а в новейшее время – природоохранных тенденций и биотехнических мероприятий приводит к забвению, казалось бы, традиционно охотничьих животных, и в то же время стимулирует возникновение интереса к ранее неизвестным видам. Примером тому может служить ситуация с вышеупомянутыми полуохотничьими видами пушных зверей. Совершенно иную подоплеку имеет под собой исключение из числа охотничьих видов дрофы, стрепета, зубра или европейской норки. Вместе с тем, обширные акклиматизационные мероприятия в Европейской части бывшего СССР на протяжении последней сотни лет, в значительной степени обогатили ассортимент украинских охотников. Впрочем, и здесь не обошлось без казусов, которые не замедлили «отобразиться» в нормативно-правовой документации.

Акклиматизация нутрии на Украине не имела успеха, поскольку этот вид не приспособлен к обитанию в водоемах, которые даже на короткое время покрываются льдом. На просторах бывшего СССР в диком состоянии нутрия встречается в южных районах Средней Азии, в плавнях р. Кубани и Куро-Араксинской низменности Азербайджана, которая является основным районом добывания вида (Наумов, 1973). Практически все поголовье нутрии на Украине содержится в условиях неволи (Шадура и др., 1994), тогда, как единичные встречи в естественных условиях являются результатом побега отдельных животных со специализированных хозяйств, где их разводят в качестве объектов клеточного звероводства. Исключение составляют локальные очаги «спонтанной акклиматизации» вдоль побережья Крымского полуострова, чему способствует мягкий климат, но никак не заинтересованность местных охотников.

Распространение дикого кролика на Украине ограничивается локальными участками в некоторых южных областях (Бондаренко и др., 1993; Зайчук и др., 1996), а его численность, начиная с 2000 г. не поднималась выше 200 особей (Кващук, Василенко, 2001), что обусловлено склонностью к разнообразным эпизоотиям (Шадура и др., 1994).

Интересно, что распространение зайца-беляка на Украине отображает маргинальную часть ареала, то есть ограничивается несколькими северными областями, где существуют подходящие для него биотопы. Стоит заметить, что в этих локальных очагах численность беляка весьма значительна и часто превышает количественные показатели русака (Гаврись и др., 2007). Вместе с тем, учитывая общие (для всей территории Украины) незначительные ресурсы вида, заяц-беляк внесен в отечественную Красную книгу с соответствующим запретом на его охоту. По аналогии, возникает вопрос о целесообразности добывания на Украине дикого кролика. О. В. Зайчук и др. (1996) указывают, что «на Украине охота на кролика, в основном, запрещена». Не смотря на туманную трактовку, соответствующий запрет не мешало бы отобразить документально.

Список охотничьих птиц выглядит не менее абсурдно. Даже перечень промысловых птиц Полесья УССР, опубликованный в середине прошлого века в послевоенные «голодные» годы, куда вошли чайки, крачки, поморники и цапли выглядит более научно обоснованным (Кістяківський, 1952). В нашем же случае, каждое из сборных названий таких «видов», как гуси, утки, кулики и голуби содержит по нескольку отдельных видов, родов и даже семейств, часто далеких между собой как экологически, так и с точки зрения систематики.

Гусей в фауне Украины насчитывается 10 видов, из которых краснозобая казарка и пискулька внесены во всевозможные отечественные и международные «красные» списки, а большинство остальных – редкие пролетные или залетные. Традиционно охота производится только на 3 вида – гнездящегося серого гуся, а также перелетных – белолобого и гуменника. Уток на Украине насчитывается 25 видов, из которых охотничьими можно считать только восемь: крякву, чирка-трескунка, чирка-свистунка, свиязь, широконоску, шилохвость, красноголовую и хохлатую чернеть. Остальные виды малочисленны и добычей охотников становятся гораздо реже.

Из 3-х видов лебедей, которые до середины 30-х годов ХХ века действительно были охотничьими, на Украине достаточно широко расселился только один – лебедь-шипун (Лысенко, 1991), впрочем, традиции охоты на эту птицу нивелированы ее сакральным статусом. Малый лебедь внесен в Красную книгу Украины (Лисенко, 2009), а для пролетного кликуна за последние годы известно единственное место гнездования – в Чернобыльской зоне отчуждения (Гащак и др., 2006).

Куликов на Украине насчитывается около 50-ти видов (Кістяківський, 1957; Фесенко, Бокотей, 2002), из которых интерес для охотников представляют не более 10-15 (чибис, травник, щеголь, турухтан, тулес, большой улит, краснозобик, чернозобик, большой веретенник, вальдшнеп, бекас, гаршнеп и некоторые другие). Вместе с тем, «краснокнижные» дупель и кроншнепы (большой, средний и тонкоклювый) также нередко стают добычей не отягощенных совестью и знаниями охотников. Остальные кулики слишком мелкие, либо же встречаются чрезвычайно редко. Таким образом, охота на них производится не специализированно, а попутно – при охоте на водоплавающую дичь. Исключение составляет вальдшнеп – во время осенней миграции в южных областях Украины, где он образует значительные скопления.

Голубей в фауне Украины насчитывается 5 гнездящихся видов. Кроме того, встречается залетный вид – большая горлица. Чаще всего, добычей охотников становятся вяхирь, сизый голубь (в диком состоянии обитает в горах Крыма) и обыкновенная горлица, которая в силу перелетного статуса, осенью накапливает значительное количество жира, и посему становится гораздо привлекательней своей оседлой родственницы – кольчатой горлицы. Клинтух, как достаточно редкий вид внесен в третье издание Красной книги Украины (Книш та ін., 2009), как впрочем, и все тетеревиные – глухарь, тетерев и рябчик (Кратюк, 2009; Кратюк, Химин, 2009).

В целом, с большим успехом, к числу охотничьих видов можно было бы приобщить достаточно распространенных дроздов, которые при массе до 140 г имеют вполне съедобное мясо и нередко добываются охотниками, как и камышница, погоныш, пастушок или коростель.

Более реалистичным выглядит перечень охотничьих животных, упомянутых в отдельных статьях «Закона Украины об охотничьем хозяйстве и охоте». В частности, в ст. 16, 17 и 19 упоминаются медведь, кабан, лань, олени благородный и пятнистый, косуля, лось, муфлон, белка, сурок, бобр, нутрия вольная, ондатра, куницы лесная и каменная, норка американская, хорь лесной, дикий кролик, заяц-русак, енотовидная собака, волк, лиса. Вместе с тем, охотничья орнитофауна в большинстве случаев упоминается туманным термином «пернатая дичь», а ст. 19 свидетельствует о том, что задача перечислить охотничьи виды уток, куликов и голубей для ее авторов оказалась чрезвычайно сложной. Парадокс, но оказалось проще сделать наоборот – указать те виды, на которые охота запрещена. Выглядит это так: «Охота может происходить…на большую поганку, уток (кроме гоголя, белоглазой чернети, савки, огаря, пеганки, обыкновенной гаги, лутка, крохалей), лысуху, камышницу, куликов (кроме кулика-сороки, ходулочника, шилоклювки, кроншнепов, чибиса, авдотки, тиркушек, поручейника, камнешарки, черныша, перевозчика, фифи, малого, морского и толстоклювого зуйков, галстучника), голубей (кроме клинтуха)…».

Немалое удивление вызывает тот факт, что кроме “краснокнижных” и регионально редких видов, в этот список попали также очень редкие залетные виды, например толстоклювый зуек, которого на территории Украины за все время наблюдений отмечали всего два раза, и только на юге страны – в XIX веке (!) в Одесской области и не так давно – в Крыму (Кістяківський, 1957; Бескаравайный, 2002). Таким образом, для украинских охотников категорически запрещена охота на типично центральноазиатский вид, который отмечался лишь дважды, и который известен исключительно узкому кругу специалистов. Посему, наверное, нелишним будет запретить охоту на дальневосточного кулика-лопатня (2 регистрации на Украине), североамериканского дутыша (1 регистрация) или африканско-ближневосточного бегунка (1 регистрация). Аналогий можно привести множество, а ведь гораздо логичнее в списке запрещенных к охоте видов выглядели бы дрофа или дупель, занесенные в Красные книги Украины и МСОП.

Вместе с тем, запрещенными к охоте оказались вполне обычные виды, численность которых вряд ли ограничат охотничьи мероприятия. И если в случае с перевозчиком, фифи или малым зуйком данный казус объясняется малыми размерами, то наличие в этом списке широко распространенного чибиса выглядит, по крайней мере, нелепо.

Целесообразность видовой составляющей охотничьей териофауны, упомянутой в ст. 17, 19 «Закона…об…охоте», в ряде случаев, вызывает замечания, идентичные выдвинутым к Форме № 2-ТП (охота). В частности, это касается белки, нутрии, дикого кролика. Кроме того, наличие в перечне охотничьих видов бурого медведя выглядит абсурдно, учитывая его пребывание в Красной книге Украины (численность вида на 2009 г. не превышала 300 ос.) (Шевченко, Шквиря, 2009). Не менее странно смотрится на страницах обеих документов лесной хорь, впрочем наличие его в Красной книге – скорее вопрос здравого ума, нежели последствий перепромысла, деградации среды обитания и т.д. и т.п.

Наиболее существенным, по нашему мнению, недостатком нормативно-правовой документации, которая демонстрирует видовой состав охотничьей фауны Украины является ее несогласованность. Именно отсутствие четких критериев определения хозяйственной ценности отдельного вида в том или ином документе, определяет широкий спектр субъективных мнений в популярной охотничьей литературе. Таким образом, возникает вопрос о целесообразности формирования обновленного списка охотничьей фауны Украины, с целью внесения запоздалых изменений к «Закону Украины об охотничьем хозяйстве и охоте».

В. Н. Смаголь, И. В. Давиденко
Институт зоологии имени И. И. Шмальгаузена НАН Украины
(мовою оригіналу)

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *